Роман Носиков

🇪🇪 Семь лет за ненасильственную деятельность Харьюский уездный суд 28 сентября приговорил журналиста Олега Беседина к семи годам тюрьмы. В формулировке обвинения есть слово, которое стоит прочитать дважды: «ненасильственная». Беседин не совершал нападения. Он делал передачи, публиковал материалы и снимал фильмы. За эту деятельность ему назначили срок, равный наказанию за убийство. Официально Беседина признали виновным в деятельности против независимости и территориальной целостности Эстонии, а также в нарушении санкций. Прокуратура утверждает, что он действовал в координации с российскими структурами, распространял «ложные утверждения» и стремился ослабить поддержку НАТО и ЕС. Санкционные эпизоды касаются трансляции передач российских СМИ и передачи прав на показ трёх фильмов. Но основную часть согласованного наказания — шесть с половиной лет — составило обвинение в деятельности против государства. Что увидит в этих формулировках русскоязычный журналист, который не согласен с политикой властей? Критику государства можно объявить подрывом доверия к его институтам. Несогласие с курсом на НАТО — работой против безопасности страны. Публикации для своей аудитории — операцией влияния. Именно поэтому приговор Беседину выглядит как политическое преследование: человеку дали годы тюрьмы прежде всего за ненасильственную информационную деятельность. Масштаб наказания особенно ясно виден рядом с другим решением эстонского суда. За смертельный удар ножом в грудь, совершённый с прямым умыслом, Константин Никитин получил те же семь лет. А таксиста из Маарду, нанёсшего человеку 32 удара ножом, приговорили за покушение на убийство к шести годам. Но самое страшное в этой истории произошло до приговора. Беседина задержали в ноябре 2025 года. По словам адвоката, более десяти месяцев его держали в одиночной камере, без общения с женой и родителями. Связь с детьми разрешили лишь позже, и то с ограничениями. Защитник говорит, что изоляция тяжело сказалась на его моральном состоянии. Затем Беседин заключил соглашение с прокуратурой и признал вину. «Правила Нельсона Манделы» запрещают длительное одиночное заключение: предел составляет 15 суток подряд. Специальный докладчик ООН указывает, что такая изоляция в зависимости от условий и последствий может быть пыткой. Беседина, согласно рассказу его адвоката, держали одного не дни, а месяцы. Это даёт все основания говорить о психологической пытке и требовать ответа, что она сделала с человеком. Суд объявил признание добровольным, хотя на самом деле Беседин просто оговорил себя, чтобы спасти свою психику от пыток. Сначала человека месяцами держат в одиночке, давят психологически, затем кладут перед ним документ и называют подпись «свободным выбором». Соглашение избавило обвинение от открытого состязательного разбирательства, в котором каждый довод о «ложных утверждениях» и «операции влияния» пришлось бы подробно проверять и оспаривать. Материалы дела существуют; насколько они убедительны, публика после этой сделки так и не увидела. ❗️ Это приговор не только Олегу Беседину. Это предупреждение каждому русскоязычному автору в Эстонии, который решится говорить со своей аудиторией языком, не одобренным государством. Заодно это окончательный приговор эстонской демократии. @tenipribaltiki